Многие судиславцы помнят замечательного земляка, отважного фронтовика, руководителя предприятия бытового обслуживания Анатолия Никоноровича Верховского. Его давно уже взрослые дети, а теперь и внуки, бережно и свято хранят все, что связано с военным прошлым своего отца и деда. Вот что рассказал о боевых годах Анатолия Никоноровича его сын Анатолий Анатольевич:
— Мы, дети, всегда внимательно и с большим интересом слушали воспоминания отца о его боевых годах. Поэтому многое из услышанного запомнилось, как говорится, на всю жизнь.
Родился папа 1 июля 1922 года, и когда началась война, он практически в первых рядах был призван в армию. Говорил, что очень хотел стать летчиком, поэтому сразу же записался в аэроклуб, который находился в областном центре. Курсанты приступили к занятиям с 20 июля. Два месяца учили теорию, а потом начали летать на учебных машинах. Отец говорил, что было трудно, но он все выдержал. Затем его отправили в военную авиашколу, где уже обучались военной тактике.
После учебы Анатолий Никонорович был направлен на фронт под Харьков летать на ночных бомбардировщиках У-2. Восемь боевых вылетов совершил он, а на девятом его самолет был подбит. Но молодой летчик все же сумел посадить аэроплан на своей территории, хотя и был ранен в ногу. Механики насчитали в корпусе машины 32 пробоины.
После тяжелого ранения отца к полетам больше не допустили. Поэтому стал воевать в 127 гвардейской дивизии, которая вела военные действия на Дону. Бои здесь были страшные. Враг атаковал беспрерывно — самолеты с воздуха забрасывали бомбами, артиллерия и минометы крыли сплошным огнем. Однако отважный батальон сумел взять высотку, за которую боролся. Но и немцы не хотели сдаваться, бросили против горстки русских солдат танки. Бойцам пришлось отойти. При отступлении Анатолий Никонорович вновь был тяжело ранен, но все же он и несколько однополчан сумели добраться до наших позиций, а там его отправили в госпиталь. Рана через два месяца зарубцевалась, и храбрый солдат вновь стал сражаться с врагом. Вот это ранение, как оказалось впоследствии, было почти смертельным. Осколок снаряда размером с крупную горошину не дошел до сердца всего полтора сантиметра, и с ним отец жил всю жизнь.
Дивизия, в которой он воевал, участвовала и в освобождении Сталинграда, а затем была переброшена к Днепру. Фашисты на всех фронтах сражались отчаянно, с каким-то остервенением, понимали, что в войне уже произошел перелом — шел 1943 год.
Отец вспоминал, как им приходилось выходить несколько раз из окружения, формировать новые батальоны, отбивать наших бойцов из плена, голодать и мерзнуть в ледяной воде, переправляясь через Северный Донец. А сколько верных друзей-однополчан погибло в страшных боях на Курской дуге, при освобождении Донецка, Харькова, Днепропетровска, Полтавы.
Хорошо помню, как отец рассказывал про бои за Кировоград. Там тоже полегло немало наших солдат, но немцев из города выбили. Здесь его снова ранило, но уже в обе ноги и левую руку. Осколки эти так и не вытащили в госпитале. Отец долго лечился, а потом опять воевал. Был приписан к 58 отдельному мотоциклетному полку. Поскольку ранение было в ноги, то его назначили командиром бронемашины. В 1944 году полк был переброшен на Крымский перешеек. Здесь бойцы участвовали в освобождении Симферополя, а затем обороняли город Севастополь до подхода основных частей 4-го Украинского фронта и Приморской армии.
Победный май 1945 года наш отец встретил под Киевом в городе Дранице, от которого практически ничего не осталось. Фашисты дотла спалили и разбомбили этот населенный пункт. Отец с гордостью вспоминал, как его полк участвовал в параде Победы на Крещатике. А потом пришел приказ о демобилизации тех солдат, которые имеют несколько ранений, и отца, неоднократно и тяжело раненного за годы войны, 17 ноября 1945 года отправили домой. Наш отважный отец, старший сержант Анатолий Никонорович Верховский за свою храбрость был награжден орденами и медалями.