Страшное известие 22 июня 1941 года резкой болью отозвалось в сердцах всех жителей советского государства. С первого дня началась всеобщая мобилизация. Уходили на фронт все годные к службе. Добровольцами отправлялась на войну молодежь. В тылу оставались женщины, старые да малые. И тем не менее они стали надежной опорой и поддержкой защитников.
Жительница Жвалова Анна Федоровна Зябликова в ту пору была 14-летним подростком. Ее семья проживала в деревне Михирево Дарьинского сельсовета Островского района. В школе старательно училась и к работе была приучена рано. В семье трое детей, Анна была старшей. Приобретенные трудовые навыки очень пригодились в мрачные военные годы. Суровую зиму 1942-го года девушка заготовляла лес для Александровской бумажной фабрики. Обувь, одежонка ветхие. Двуручками напилят дров и к костерку. Питание — 600 граммов хлеба на день да свои запасы у кого что: картошка, огурцы, грибы соленые, капуста квашеная. Две зимы так пилили.
Потом Анна в колхозе работала на раздаче кормов. Навоз на носилках в поля носили. А иногда приходилось замороженный топором да ломом разбивать. Сперва в хозяйстве много молодых лошадей было. Их вскоре на фронт увезли. Так что целые поля лопатами копали, ухаживали за посевами, жали. На заработанные трудодни-палочки осенью зерно второго сорта, что государству не сдавали, получали. И мякину всю тогда приедали. В соседних деревнях даже просили. А из нее едва колобушки смесишь.
— Ладно, хоть молоко было — корову держали. А еще овечку, кур. На домашний покос земель не отводили — все колхозное. Так что траву накашивали кое-где по кустам, в лесу, — вспоминает Анна Федоровна. — И при этом весело жили. Через песню, через смех войну и тяготы выдержали.
Мужчин в селах почти не осталось. Бабы кальсоны мужей наденут — вон, мол, сколько нас, мужиков-то.
В годовой праздник, день деревни собирались с киселем да картошкой. Звонкие песни да частушки. С задоринкой проходили и вечерние посиделки — игры, пляски под балалайку (гармошки появились здесь позднее). В это время и носки, варежки на фронт вязали.
Так и выдюжили войну, дружно, сплоченно. Ведь у всех одна еда, одна беда была. Но и после не легче было. Особенно тяжелым был 1947 год — очень голодный, хуже военного периода. Страна еще не восстановлена. Но и это пережили — молодые были, стойкие. А ведь кроме работы на трудодни еще и налоги платили. Денежные — от продажи домашних продуктов, натуральные—яйца, молоко, шерсть, мясо. На займы подписывались. А как их гасить? Продавали дрова, молоко, яйца, жгли уголь. Так и восстанавливали, поднимали разоренную страну.
Всю жизнь отработала Анна Федоровна на ферме — сперва на родине. О родных краях остались лишь воспоминания, остатки домов да усадьбы в Баранове, где прежде жил помещик. Следы ореховой да липовой аллей. В 1981 году она переехала в Кулькино. Снова работа на ферме, ручная дойка коров. И вот общий трудовой стаж насчитывает 42 года. Да еще четыре военных года надо добавить сюда. Три юбилейные медали и еще одна, главная — «Ветеран труда» за долголетний добросовестный труд.
Вот уже 86 лет пожилой женщине. Но не представляет она себе жизнь без движения, без работы. До сих пор прядет пряжу на бабушкиной прялке. Нить получается ровная, достаточно тонкая. Сажает огород: сама немного копает, помогают дети. А их у Анны Федоровны трое. Есть внуки. Уже и правнуков у бабушки шестеро. Близкие, любимые люди — самая надежная поддержка и опора. Как без них жить!